Тракция без иллюзий. Новые тренировки при неспецифической боли в спине и шее
Современная реабилитация постепенно уходит от представления о пациенте с болью в спине как о пассивном получателе процедур. Адекватное медикаментозное лечение и хирургическая помощь при соответствующих показаниях остаются необходимыми составляющими терапии. Однако врачу, который ведет пациентов с болью в спине и шее, нужно в первую очередь ответить на вопросы: что происходит с человеком между посещениями врача; как пациент сидит, спит, работает, занимается спортом и в целом двигается в течение дня.
Виноват позвоночник
Боль в шее или пояснице нередко начинается с события, которое пациент может назвать довольно точно: или «продуло», или было совершено неловкое движение, или произошел неосторожный подъем тяжести. Такой провокации чаще всего предшествуют годы вполне привычной жизни: работа за компьютером, многочасовые поездки за рулем, недостаток движения или, напротив, нагрузки, к которым позвоночник оказался не готов. Постепенно меняются двигательные стереотипы, одни мышцы хронически перегружаются, другие все меньше участвуют в поддержании движения, и очередной эпизод боли оказывается уже не случайностью, а частью повторяющегося сценария в круге обострений и ремиссий.
Дегенеративно-дистрофические заболевания позвоночника относятся к хроническим и рецидивирующим состояниям. Изменения начинаются в том числе с межпозвонкового диска — структуры, которая постоянно испытывает механические нагрузки и при этом не имеет собственных кровеносных сосудов. Его питание в значительной степени обеспечивается диффузией веществ через замыкательные пластинки смежных позвонков. По мере возрастных и патологических изменений этот механизм становится менее эффективным, процесс затрагивает пульпозное ядро, фиброзное кольцо, а затем и другие элементы позвоночно-двигательного сегмента.
Для пациента вся эта сложная биомеханика и патогенез обычно имеют гораздо более прозаичное выражение: боль, мышечное напряжение, ограничение движений, а при значимой компрессии нервного корешка — слабость в мышцах и нарушение чувствительности.
Масштаб проблемы объясняет, почему медицина уже не первое десятилетие ищет способы не просто купировать очередное обострение, а изменить условия, при которых оно возникает. Согласно результатам крупных исследований, к 50 годам проявления дегенеративных изменений позвоночника выявляются более чем у 80 % людей, при этом связанные с ними периоды нетрудоспособности вносят существенный вклад в социально-экономические потери государств по всему миру.
Лечить не только боль
В современной реабилитации выделяют два принципиальных направления. Первое требует уменьшить длительное воздействие механических нагрузок, которые поддерживают патологический двигательный стереотип. Второе — сначала вернуть движение, восстановить его достаточный объем, добиться более сбалансированной работы мышц, а затем укрепить их настолько, чтобы результат сохранялся не только в реабилитационном зале.
Физическая терапия в этом смысле выглядит логичным инструментом, но у нее есть практическая особенность: с одной стороны, результаты неизбежно зависят от специалиста, с другой — от каждого конкретного пациента. Один и тот же комплекс упражнений два физических терапевта могут провести по-разному, в зависимости от образования, опыта, навыков и особенностей самого пациента. Именно здесь возникает интерес к механотерапии: часть нагрузки можно дозировать, стандартизировать и воспроизводить с помощью программно-аппаратных решений.
Тракция: метод старый, вопросы современные
Попытки лечить заболевания позвоночника вытяжением насчитывают не одно столетие. Сама идея проста: контролируемое тракционное воздействие может создавать условия для растяжения мягких тканей, изменения взаиморасположения структур позвоночно-двигательного сегмента, уменьшения механической нагрузки и увеличения объема движения. Но простота идеи не означает простоту доказательств: на рынке существует множество систем для тракционной и тракционно-экстензионной терапии, однако доля контролируемых исследований отдельных аппаратных технологий остается небольшой. Поэтому положение тракционной терапии сложнее, чем, например, лечебной физкультуры, эффективность которой при хронической боли в спине подтверждена многочисленными исследованиями: метод хорошо известен в клинической практике, но доказательная база конкретных режимов и устройств неоднородна. Аппарат сам по себе не превращает известный реабилитационный принцип в доказанный метод лечения. Для этого нужны качественные клинические исследования с воспроизводимым протоколом, адекватным отбором и оценкой состояния пациентов.
Есть и другая проблема. Даже эффективная тракционная процедура длится около 20 минут и может лишь временно уменьшить выраженность симптомов. После нее человек встает, возвращается за рабочий стол, садится в автомобиль и вновь начинает пользоваться теми двигательными стратегиями, с которыми пришел на лечение. Поэтому обоснованнее рассматривать тракцию не как самостоятельное универсальное средство при неспецифической боли в спине, а как один из последовательных элементов в комплексной реабилитации.
Сначала разгрузить, затем научить двигаться
Именно эту модель решили апробировать специалисты Российского центра неврологии и нейронаук в пилотном исследовании компьютеризированной физической и тракционной терапии у пациентов с дисфункцией шейного и пояснично-крестцового отделов позвоночника. Для такой работы были объединены две технологии с разными задачами.
Комплекс «СапСпайн 2000» предназначен для дозированной тракции шейного либо пояснично-крестцового отдела позвоночника. Перед процедурой пациент взвешивается на устройстве, специалист вводит необходимые параметры и определяет позвоночно-двигательный сегмент, с учетом которого аппарат устанавливает угол приложения тракционного усилия.
После фиксации пациента стол переводится в горизонтальное положение, и аппарат с использованием автоматического контроля силы тяги начинает вытяжение, которое выполняется циклически, с чередованием нагрузки и расслабления. Расчетная, фактическая и компенсационная кривые натяжения выводятся на монитор в реальном времени и позволяют отслеживать процесс вытяжения находящемуся рядом специалисту. Предусмотрен и вполне прозаический, но важный элемент безопасности — ручной аварийный выключатель, который находится у пациента.
Первый этап тракции занимает около 20 минут, после него следует небольшой отдых в положении лежа, далее пациенту предлагают короткий комплекс двигательных упражнений, который помогает подготовить позвоночник к осевой нагрузке перед переходом в положение сидя и стоя. Но на этом процедура не заканчивается: вторую ее часть проводят на комплексе «СапБодирейт 2000». Здесь уже меняется сама роль пациента. Если во время тракции он в значительной степени пассивен и может даже дремать, то на втором этапе становится непосредственным участником тренировки, принимая активное участие в собственном восстановлении.
В комплексе «СапБодирейт 2000» движения пациента преобразуются в команды для игровой среды на экране. В зависимости от выбранного сценария пациент проходит лабиринт, управляет автомобилем или самолетом, совершая определенные движения головой или тазом в зависимости от симптомов в шейном или пояснично-крестцовом отделах позвоночника. Такая форма визуальной обратной связи позволяет превратить достаточно однообразную реабилитационную задачу с циклическими упражнениями в понятное действие с немедленно видимым результатом.
Общая продолжительность второго этапа составляет порядка 30 минут. Система сохраняет результаты каждой тренировки, включая точность выполнения задания и набранные баллы, а также позволяет оценивать объем выполненных движений и наблюдать его изменение в процессе курса.
В итоге два аппарата выполняют принципиально разные функции: один создает условия для дозированного механического воздействия, другой требует активных действий человека и тренировки контроля этого движения. Именно комплексное использование представляет больший интерес, чем каждая технология сама по себе.
Результаты пилотного исследования
Чтобы оценить безопасность и эргономику как самих аппаратов, так и методов реабилитации, а также сформировать протокол дальнейшего контролируемого этапа, было проведено пилотное клиническое исследование.
Протокол начинался со скрининга и проверки критериев включения и невключения: в исследовании приняли участие пациенты с неспецифической болью в шее или спине без указаний в анамнезе на хирургическое лечение дегенеративных или травматических повреждений позвоночника и других тяжелых состояний. После подписания информированного согласия пациенты проходили исходную клиническую оценку, включавшую опросники Pain DETECT (выявление нейропатического компонента боли) и Освестри (оценка нарушений жизнедеятельности, связанных с болью в спине), а также аппаратное тестирование объема движений.
Курс реабилитации был рассчитан на десять процедур. Каждая включала в себя примерно 20 минут тракционной терапии, короткий отдых в положении лежа с адаптационным комплексом упражнений и последующую 30-минутную двигательную тренировку с визуальной обратной связью.
В пилотную группу вошли десять пациентов: четверо мужчин и шесть женщин. Фактическое число проведенных комплексных тренировок составило 8 [7; 10] (здесь и далее приведены медиана и межквартильный размах — значения 25‑го и 75‑го процентилей), после курса реабилитации показатель по опроснику Pain DETECT изменился с 5 [2; 10] до 3 [0; 9], а по опроснику Освестри — с 7 [2; 16] до 4 [1; 13]. Эти цифры выглядят обнадеживающе: у пациентов снизились выраженность нейропатического компонента боли и степень связанных с болью ограничений повседневной активности, а также немного увеличился объем движений в шейном и пояснично-крестцовом отделах позвоночника. Но об эффективности терапии по предложенной методике можно будет судить только по окончании следующего, более масштабного контролируемого этапа исследования.
Ни один из пациентов не прекратил реабилитацию досрочно из-за ухудшения самочувствия, связанного с процедурами. Исследователи оценили предложенный протокол как практически реализуемый в обычных клинических условиях, а эргономику оборудования — как удобную для пациентов и специалистов.
Первый этап исследования позволил получить предварительные данные о безопасности и хорошей переносимости комплексного метода реабилитации и обосновать целесообразность его дальнейшего изучения в контролируемом исследовании.
Не аппарат вместо специалиста, а воспроизводимый инструмент
В аппаратной реабилитации есть соблазн искать технологию, которая сама решит проблему пациента. Но заболевания позвоночника особенно плохо укладываются в такую модель: даже хорошо проведенное вытяжение и процедура физической терапии не отменяют самостоятельного, полноценного и здорового движения человека. Лечебный комплекс упражнений и оздоровление локомоторного стереотипа не устранят все механические факторы и не заменят правильно выбранную медикаментозную или хирургическую тактику. А самая совершенная техника мало поможет, если пациент после курса вернется к тем же нагрузкам и двигательным привычкам. Гораздо продуктивнее другой подход: разделить сложную задачу на этапы и для каждого подобрать свой инструмент.
Для медицинской организации аппаратный подход имеет еще одну потенциально важную сторону — воспроизводимость. Основная часть параметров воздействия задается и контролируется системой, результаты тренировок сохраняются, а динамику можно оценивать не только по субъективному впечатлению пациента или врача. Это не отменяет участие специалиста, но позволяет точнее формализовать некоторые элементы реабилитационного процесса и повысить безопасность пациента.
Будет ли такой подход клинически и экономически эффективнее альтернативных вариантов лечения, должно показать дальнейшее исследование. И, пожалуй, это более интересный вопрос, чем обещание очередного «универсального» способа победить боль в спине. В современной реабилитации ценность технологии определяется не эффектностью аппарата в процедурном кабинете, а тем, насколько убедительно она помогает вернуть пациенту ощущение свободы безболезненного движения.
Роман Харисович ЛЮКМАНОВ