Сто лет детской травматологии в России

Помощь детям, пострадавшим в результате несчастных случаев и аварий, в катастрофах и стихийных бедствиях, а также в зоне СВО, оказывают в ГБУЗ «НИИ неотложной детской хирургии и травматологии (НИИ НДХиТ)» Департамента здравоохранения Москвы (ДЗМ). Ежегодно сюда обращаются более 100 тыс. пациентов, а в стационар института госпитализируют более 17 тыс. детей. В 2024 году учреждение отмечает юбилей — 100 лет назад оно открылось как первое детское отделение в больнице для офицеров, и это положило начало всей детской травматологии и неотложной хирургии в нашей стране.

УСПЕШНАЯ КООРДИНАЦИЯ 

Сочетание вековых традиций с современными технологиями и командная работа коллектива высококлассных специалистов позволяют институту оставаться флагманом неотложной детской хирургии и травматологии. Его президент профессор Леонид Михайлович Рошаль гордится своим коллективом и клиникой: «Хотя она и небольшая — только 200 коек, но работает очень эффективно, решая проблемы, связанные с дорожнотранспортным, уличным и дворовым травматизмом, острой хирургической патологией». 

Будучи подведомственным ДЗМ, институт выполняет функции координирующего лечебного учреждения для всей страны, ежегодно получая 100 тыс. обращений от жителей всех регионов, осуществляя 16 тыс. госпитализаций и проводя более 600 телемедицинских консультаций в год. 

Старейший травматологический пункт Москвы — это тоже отделение НИИ. Работает круглосуточно, принимает всех, причем 70 % больных поступают сюда не по СМП, но им никогда не отказывают. «Не найдете ребенка, за пребывание которого с родственников взяли бы хоть копейку, всех лечим бесплатно уже много лет. Мы несколько убыточны для государства, но правительство Москвы компенсирует наши расходы, поэтому у нас нет проблем с финансированием и лечением»,— объяснил доктор Рошаль. 

МАКСИМАЛЬНО БЫСТРО 

Из 100 тыс. обращений госпитализируются обычно 16–17 тыс. детей, остальные получают амбулаторную помощь, такие данные представил директор НИИ НДХиТ Александр Владимирович Брянцев. В год выполняется 5–6 тыс. оперативных вмешательств самого разного уровня—травматологических, нейро- и общехирургических, в экстренном и плановом порядке. Плановые вмешательства — это обычно малая хирургия, доля которой составляет 10–15 %. В институте действуют отделения детской и гнойной хирургии, сочетанной травмы, анестезиологии-реанимации, эндоскопии, магнитно-резонансной и компьютерной томографии, ультразвуковой диагностики, а также консультативнодиагностическое, нейрохирургическое, травматологическое, рентгеновское, кабинет гипербарической оксигенации. Для максимально быстрой транспортировки работает вертолетная площадка. 

В институте первыми создали специальную противошоковую палату в приемном покое, но относится она не к нему, а к отделению интенсивной терапии. Ее оснащению и оборудованию может позавидовать любое другое отделение реанимации в Москве. Доставленный бригадой СМП пациент сразу попадает в противошоковую палату для проведения соответствующих мероприятий. При этом еще в пути бригада СМП информирует специалистов института об ожидаемом прибытии пациента, и к моменту поступления его встречают травматолог, нейрохирург, хирург, реаниматолог и ответственный администратор, принимающий ключевые решения относительно диагностики, тактики лечения и т.д. 

А.В.Брянцев отметил, что сегодня активно используются резорбируемые импланты, которые не нужно удалять, потому что со временем они замещаются обычной костной тканью. Для лечения поврежденных суставов (как крупных, так и мелких), проводят малоинвазивные артроскопические операции. Некоторые повреждения, например коленного сустава, раньше давали высокий процент инвалидизации, применение новых технологий позволило существенно уменьшить их число. 

До 90 % вмешательств в клинике при НИИ производится с помощью малоинвазивных лапароскопических технологий, которые позволяют успешно справляться практически со всеми возникающими хирургическими проблемами. Широко применяются высокоэнергетические технологии воздействия на ткани. Есть большой парк приборов для лазерной хирургии — аппаратов с волнами разной длины, каждая из которых исцеляет при той или иной патологии. Вошли в практику холодно-плазменные операции для лечения остеохондроза, небольших грыж и протрузий межпозвонковых дисков, а также вакуум-терапия ран и раневых инфекций при обширных дефектах конечностей и брюшной полости. 

«После введения в эксплуатацию нового корпуса НИИ НДХиТ в 2007 году по инициативе Л.А. Рошаля было создано уникальное подразделение — отдел сочетанной травмы, анестезиологии-реанимации»,—рассказала заместитель директора по научной работе, главный внештатный детский специалист по сочетанной травме ДЗМ Ольга Витальевна Карасева. Отдел объединил хирургов, травматологов, анестезиологов-реаниматологов, нейрохирургов, владеющих методологией оказания помощи при любой тяжелой травме. 

В 2016 году, почти через 10 лет после создания отдела сочетанной травмы, анестезиологии-реанимации, ДЗМ поддержал идею развернуть на базе НИИ городской центр лечения тяжелой механической и сочетанной травмы у детей, включая разработку методологии и клинических протоколов оказания помощи при тяжелых повреждениях. Специалистами центра ведется реестр пациентов с тяжелой травмой, позволяющий анализировать статистику по когорте таких больных. 

ВОССТАНОВИТЬ И СОЦИАЛИЗИРОВАТЬ 

Поступательное развитие института позволило спасать и выхаживать все больше пациентов с тяжелейшими травмами, но в результате возросло число детей со сложными посттравматическими последствиями. Встал вопрос, что с ними делать дальше. Существовавшая в 2010 году реабилитационная служба НИИ уже не отвечала растущим потребностям, заявила главный внештатный специалист ДЗМ по детской реабилитации и санаторно-курортному лечению, заместитель директора по перспективному развитию НИИ НДХиТ Светлана Альбертовна Валиуллина. 

В 2009 году в процессе реконструкции здания института было получено медикотехническое задание на создание отделения физиотерапии. Посовещавшись, С.А. Валиуллина и Л.М. Рошаль отвергли этот вариант и настояли на создании полноценного современного, хорошо оснащенного реабилитационного центра. Понятно, что травма требует очень быстрого, молниеносного решения. Как у хирургов существует «золотой час» доставки пациентов в специализированный стационар и начала оказания неотложной хирургической и  реанимационной помощи, точно так же и в реабилитации есть такое понятие — реабилитационный месяц. Постепенно продвигаясь, специалисты организовали систему оказания реабилитационной помощи, которая включает отделения медицинской и физической реабилитации, психолого-педагогической помощи, физиотерапевтическое и санаторно-курортное отделения. Позвоночная спинномозговая травма на шейном уровне, черепномозговая травма с обширной гематомой, отеком мозга и его вклиниванием в затылочное отверстие, постгипоксическое состояние после случайного повешения на качелях, тяжелая черепно-мозговая травма — во всех этих случаях, конкретные примеры которых приводились на пресс-конференции, реабилитологам с участием большой команды специалистов удавалось восстановить и социализировать пациентов. Дети есть дети, полностью уберечь их от травм, увы, не удается, и врачам приходится сталкиваться со все новыми вызовами. Если 10 лет назад проблемой были массовые падения с тарзанок, то сейчас на детский травматизм активно влияют средства индивидуальной мобильности, а также падения с высоты из-за москитных сеток. Леонид Рошаль даже предлагает привлекать к уголовной ответственности родителей, не предусмотревших крепления для таких сеток. В зимнее время травмоопасным развлечением становятся тюбинги. 

Но какими бы ни были причины детских травм, их уровень десятилетиями остается одним и тем же. В Москве он примерно такой же, как и в мире (11 % детей). Полностью справиться с детским травматизмом вряд ли получится, но уменьшить его вполне реально, говорят эксперты.