«Газета сегодня больше, чем газета»

В ближайшем будущем газету «Урология сегодня» ожидают большие перемены: во главе ее редакционного коллектива встанет главный уролог Минздрава РФ и Департамента здравоохранения г. Москвы, академик Дмитрий Юрьевич ПУШКАРЬ. Что нового ожидается с приходом нового руководителя и что останется неизменным, какую роль издание играет в жизни профессионального урологического сообщества и почему все это важно — об этом мы спросили самого Дмитрия Юрьевича.

— Дмитрий Юрьевич, вы становитесь главным редактором газеты «Урология сегодня». С чем связано такое решение? Ведь у вас и без того огромная занятость. 

— Развитие специальности имеет определенные этапы, и урологи в разное время проходили по этому пути. Это казалось — и, наверное, действительно было — для них самым важным. Когда придумали операционный стол, потом — первый цистоскоп, первый хирургический инструментарий, каждый думал, что прогресс непосредственно захлестнул именно его, и в этом прогрессе он — на вершине специальности. Не став исключением, мы сегодня тоже осваиваем и осмысливаем уникальные диагностические методики, еще вчера казавшиеся невозможными; минимально инвазивные методы лечения, которые недавно трудно было представить. Такие онкологические операции стали каждодневными и возвращают к жизни многих ранее инкурабельных, неизлечимых больных. Думаю, на всех этих этапах нельзя упустить главное: сохранить нашу специальность в целом и преемственность в ней. Казалось бы, для чего в этом смысле нужна газета? Зачем нужно было, чтобы она получила следующую жизнь? И зачем она мне как главному специалисту?

— Да, ведь есть большое количество научных журналов, в которых вы активно сотрудничаете. 

— Скажу так: урология сейчас находится на том этапе развития, когда мы должны убедить наших учеников в том, что развитие специальности — каким бы стремительным оно ни было — предусматривает врачебные этапы обучения. Невозможно «перескочить» определенные вехи становления специалиста: сегодня уролог совсем иной по сравнению с тем, каким он был столетие назад. 

— Что изменилось? 

— Это врач, образно говоря, другого порядка. Он должен знать не только урологию и онкологию, но и урогинекологию, генетику и эпигенетику, молекулярные основы клеточной терапии (мы сейчас пишем об этом методическое пособие), основы химио- и лучевой терапии, эндокринологию. Если хотите — неврологию и психологию. Вот таков современный уролог. 

— Но таким сегодня, наверное, должен быть любой врач? 

— Конечно. Но я говорю про урологию. Поэтому специализированная газета сегодня превращается в интегральный орган, который должен собрать всех нас воедино. Мне очень нравится «Урология сегодня» — и нравилась всегда. 

— То есть вы давно читаете эту газету? 

— Конечно. Огромное достоинство газеты в том, что на ее страницах находят отражение мультидисциплинарные проблемы. Это — первое, для чего нужно такое издание. А врач-уролог сегодня — именно такой мультидисциплинарный специалист. 

Мы начали с того, что урология развивается, и на каждом этапе развития нам кажется, что уже сделано нечто такое, чего до нас никто не мог сделать. В этом году отметил юбилей один из самых выдающихся урологов нашей страны — академик Олег Борисович Лоран, ему исполнилось 80 лет. 

— При этом он в строю, работает, оперирует. 

— Олег Борисович — человек, оставшийся верным профессии в самом широком смысле этого слова. Он воспитал целую плеяду учеников, но речь еще и о том, что это специалист, который, разрабатывая самые сложные урологические направления, оставил их за урологией. 

— Что это значит? 

— Олег Борисович занимался реконструктивной урологией — это могло «уйти» в хирургию, стать одним из ее разделов. Он разрабатывал проблемы урогинекологии, и это могло интегрироваться в гинекологию. Он занимался вопросами онкоурологии, посвятил этому всю жизнь. Это очень важно для меня, много лет работающего в государственной структуре. Я мог бы руководить частной клиникой, но не делаю этого. 

— Почему, с чем это связано? 

— Я считаю, что у меня другая миссия. Оставшись в системе государственной медицины, я продолжаю дело Олега Борисовича Лорана. Надеюсь, что ­кто-то продолжит и мое дело. Я до конца не уверен, но это зависит и от меня: получится ли донести такую необходимость до молодых коллег, возникнет ли у них соответствующее желание. Скоро открывается Московский урологический центр на базе Боткинской больницы… 

— …которым вы руководите. 

— Да. Он позволит создать в широком смысле урологическую школу, которая должна сделаться опорой для нашей специальности. Когда редакция предложила мне возглавить газету «Урология сегодня», я подумал об этом именно в аспекте такой возможности: чтобы любой уролог — ординатор, аспирант, кандидат или доктор наук, профессор, академик — мог бы на это издание опереться. 

— В каком смысле? 

— У нас сегодня есть возможность опереться на Российское общество урологов, Московскую урологическую школу, Московскую онкоурологическую школу, Российское общество онкоурологов. Это образовательные площадки, которые объединяют специалистов. Газета — тоже такая объединяющая площадка. Профессор Николай Александрович Григорьев внес свой огромный вклад, был прекрасным главным редактором, и мне очень приятно, что именно его эстафету я принимаю; это близкий мне по духу человек, очень большой друг и многолетний соратник. 

Если говорить о профессиональных возможностях уролога, частная клиника — это тоже путь, но ни одно частное медучреждение в нашей стране не обеспечило такого поступательного развития молодому представителю этой специальности, как государственная структура. Мне хочется со страниц газеты сказать, что московское правительство и столичный Департамент здравоохранения очень много сделали. А как мы можем не говорить, например, об университетских клиниках? Мы же выросли в стенах МГМСУ — Московского государственного медико-стоматологического университета. Я остаюсь там заведующим кафедрой. Олег Борисович Лоран возглавляет кафедру в РМАНПО — Российской медицинской академии непрерывного профессионального образования. И наша общая газета — с ее помощью мы еще теснее объединяемся со всеми урологами Москвы. Ведь развитие урологии в столице должно стать образцом для всей страны. 

— Но разве их не объединит Московский урологический центр? 

— Центр — это клиника, которая по решению С.С. Собянина и А.В. Раковой построена практически с нуля. Отреставрирован большой корпус на 200 коек, где будут урология и онкоурология в том числе. Но это не то же самое. Я как главный уролог Москвы, будущий главный редактор могу сказать, что это разные площадки, у каждой из которых своя роль. Все урологические отделения столицы интенсивно развиваются, во главе их стоят великолепные профессионалы. Поэтому абсолютно не может быть сомнений в том, что так и будет продолжаться. И газета будет об этом говорить, давая такую возможность каждому специалисту. 

— О чем вы еще планируете писать в газете? 

— На ее страницах мы будем говорить об образовании, приглашать для бесед различных специалистов. Это станет своего рода библиотекой непосредственно для молодых врачей: они смогут собрать эту газету, можно будет сделать дайджест. 

Далее, каждый выпуск будет посвящен какому-то одному региону. Продолжится публикация лекций экспертов. Конечно, будет раздел о том, чем мы занимаемся сегодня: это медицина долголетия, в том числе андрология. Урологи одними из первых начали развивать эту тему. Очень многие отечественные ученые разрабатывают вопросы андрологии. Это будет в каждом номере. 

Ну и, конечно, то, чем знаменито Российское общество онкоурологов, — онкология. И еще — великолепное знание всех сводов и положений, законов, касающихся нас, врачей. В газете «Урология сегодня» это тоже найдет свое отражение. 

— Теперь в газете вы хотите освещать и региональные темы? 

— Мне как главному специалисту Минздрава очень важно поддержать регионы. Для меня регионы — это разные люди, разные специалисты. Все они сегодня объединены клиническими рекомендациями, 907-м приказом1 — это порядок помощи урологическому пациенту. Это стандарты, общий уровень знаний. Каждому специалисту нужно разложить их, как пазл, и подумать, в каком направлении ему развиваться, что именно взять на себя. 

Сегодня создан не один десяток региональных урологических центров, работают многочисленные кафедры урологии. Ни одна из них не была закрыта за последние 15 лет. Риски, о которых мы говорили, теперь позади. Сейчас урология — полноценная специальность во всех российских регионах, и это очень важно. Потому что действительно был момент, когда люди жили слухами, а слухи — это плохо. 

— О каких слухах идет речь? 

— О том, что урология может исчезнуть, что амбулаторный уролог не нужен; врач общей практики или хирург может заменить амбулаторного уролога. Это недопустимо. В нашей стране более половины специалистов — урологи амбулаторные; я как врач-клиницист тоже выполняю эти функции, каждый день принимаю амбулаторных больных. Поэтому говорить о том, что урология может присоединиться к другой специальности, абсолютно не имеет смысла. Подобное уже в прошлом, и добились этого мы — я и мои коллеги. 

— Таких разговоров больше нет и быть не может? 

— Не может. Мы объединились. Здесь очень большая заслуга наших руководителей — академиков П.В. Глыбочко, А.А. Камалова, А.Д. Каприна, В.Б. Матвеева, А.Г. Мартова. У нас 10 академиков и членов-корреспондентов — урологов; нам есть с кем отстоять специальность. И все это — за последние 15–20 лет. А мы помним время, когда у нас было «полтора академика». Урология была совершенно в другом виде. 

— Газете «Урология сегодня» исполняется 15 лет. Ее уже многие знают. 

— Моя задача — сделать так, чтобы каждый уролог страны стремился получить эту газету, хотел ­что-то сказать от себя. И чтобы ему было что сказать. Сегодня культура газетного, «бумажного» чтения уходит. Но мы пойдем в Телеграм. Издание будет переформатировано таким образом, чтобы люди спокойно могли читать выпуски в мобильном телефоне, когда едут в метро, в такси, в перерыве между операциями. Я так и читаю газету — где-то между консультациями, операциями, в командировках, когда лечу в самолете. Но я ее читаю как человек предыдущего поколения, на бумаге. Если она появится в Телеграме, это станет еще удобнее. 

— Будут ли на страницах издания обсуждаться клинические рекомендации? 

— Смотря в каком аспекте: если сможем сравнить наши, отечественные рекомендации с европейскими, международными — конечно, надо их обсудить. Но формат подачи должен быть оригинальный, потому что просто сухо говорить о таких документах неинтересно. 

— Как вы себе это представляете? 

— Нужен сравнительный формат: российские клинические рекомендации, американские, европейские. Ведь не существует медицины французской, английской и т. д. — медицина сегодня едина. Мы применяем все методы, которые используются на Западе, а зарубежные врачи используют наши. Очень много разработанных нами операций делаются за границей. В свою очередь, мы выполняем операции, предложенные западными коллегами. Этот процесс остановить невозможно. Но мне бы хотелось, чтобы всегда была возможность сравнить качество. 

— Что можно ожидать при таком сравнении? 

— Это очень интересно для специалистов, потому что они знают ­какие-то различия, делают выводы о том, что должны сделать мы или наши заграничные коллеги, чтобы улучшить качество диагностики и лечения. 

— Если российский уролог прочитает это интервью и подумает, что ­какие-то зарубежные клинические рекомендации лучше, он может их применить? Имеет такое право? 

— Конечно. Он может их применить — естественно, если утверждены к использованию соответствующие лекарственные препараты. Но дело в том, что отечественные рекомендательные документы давно приведены в согласование с мировыми. Каких-то больших противоречий нет и не может быть, потому что это единое целое. 

Еще одна из насущных задач газеты — держать врача в курсе последних медицинских событий, чтобы это было интересно. Вместе с тем газета — это не журнал. Это выжимка, понятная и простая для специалиста: он прочитал газету, наметил себе характер действий. Профессия врача требует постоянного изучения ­чего-либо. Знаете ли вы, что у врачей болезнь Альцгеймера случается реже, потому что очень много нужно изучать, мозг постоянно работает? 

— Кто читает газету «Урология сегодня», у того не будет болезни Альцгеймера? 

— Можно сказать и так. Быть врачом сегодня — это постоянная тренировка мозга. И наша обязанность — объяснить специалисту, какой путь ему нужно проделать, о чем прочитать, что изучить, на чем сделать акцент. Обычный врач, у которого поток пациентов, не успевает прочитать в научном журнале даже одну статью. У нас обязательно будет раздел «Главные научные статьи апреля — мая», например. Очередной номер выходит каждые три месяца, и в него войдут рефераты главных статей, появившихся за это время. Словом, живая, интересная газета с какими-то модными вставками, которые интересуют уролога. 

В нашем издании врач может ознакомиться с выжимкой этой и других публикаций; таким образом он будет в курсе актуальных медицинских новостей, проводимых исследований, дискуссий экспертов, новых методик лечения. То есть газета поможет урологу идти в ногу со временем. 

— Дмитрий Юрьевич, а что такое «модные вставки»? 

— Речь про новое оборудование, сейчас это в тренде: что происходит в этом плане, будет ли та или иная медицинская техника в России и на каком этапе ее регистрация, что нужно в этом плане сделать. 

Для чего существуют профессиональные ассоциации? Чтобы давать драйв и одновременно помогать государству. Оно не всегда видит, в каком направлении, например, надо развивать урологию. Мы должны помочь как специалисты. Я не могу мыслить по-другому — тогда зачем нужны все эти общества урологов? С одной стороны — чтобы образовывать людей, с другой — чтобы указать нашим руководителям, какое нужно зарегистрировать оборудование, какие необходимы препараты. «Урология сегодня» может стать рупором Российской академии наук. Урологи-академики могут высказаться в этой газете. Вот такая задача сегодня стоит перед нами. Повторюсь, газета сегодня — это инструмент, объединяющий специалистов. 

— Будете ли вы обсуждать именно проблемы урологии, давать площадку дискуссиям? 

— Обязательно! Я как главный специалист Минздрава буду просить наших российских урологов сообщать о том, что их беспокоит и что у них не так. Очень важно не бояться высказаться. Другой урологии у нас не будет. Необходимо сделать все, чтобы она развивалась на благо наших пациентов и учеников. Мне небезразлично, какую урологию мы оставим после себя. Так бы мне хотелось как простому урологу, работающему 33 года на одном месте. 

— Какой же вы простой уролог, Дмитрий Юрьевич?! 

— А какой же? Я считаю себя простым урологом. Я занимаюсь экстренной урологией, онкоурологией, урогинекологией; весь день на работе — я не медицинский чиновник. Я знаю, как работает обычный уролог, болею за это и представляю, что могу сделать, а что нет, и не стану обещать невыполнимого. 

— Я так понимаю, в газете вы тоже собираетесь работать с полной отдачей, а не просто исполнять роль главного редактора? 

— Разумеется. Недавно состоялось заседание профильной комиссии по порядку помощи урологическому пациенту. Моя задача — принять «урологический закон», который будет помогать врачам. Как только я пойму, что не могу это сделать, скажу: пусть делает ­кто-то другой — такой человек, который действительно может. Это очень важно, ведь номинальные главные специалисты стране сейчас не нужны — время «свадебных генералов» давно прошло. 

Но вместе с тем невозможно объять необъятное, поэтому в «Урологии сегодня» хочется просто наметить и обеспечить пути развития, начать реализовать их и, возможно, подготовить в будущем себе на смену молодого главного редактора. 

— И каким будет преемник? 

— Он будет лучше, чем мы все вместе взятые; будет человеком, понимающим, что газета «Урология сегодня» — это самое главное и должно быть таким хотя бы полчаса–час в день. Вот сейчас мы всей клиникой пакуемся, переезжаем и находимся в непростом положении, потому что ­кто-то из персонала осознает необходимость переезда, кто-то — пока нет. Но мы с вами нашли время все это, самое важное для нас, обсудить. 

Надо осознавать — ты становишься главным редактором, и какое-то время это каждый день будет у тебя самым главным — помимо операций, работы в Московском урологическом центре, общения с коллегами и т. д. Если ­когда-нибудь я стану понимать, что для меня это не самое главное, сразу передам эстафету. Есть много достойных специалистов, способных ее принять, — людей ответственных, искренне болеющих за дело. 

— Вы переезжаете в Боткинскую больницу после 33 лет работы в этих стенах. Наверное, грустно? 

— Интересные ощущения… Мы уезжаем в Боткинскую больницу, где сложились многовековые медицинские традиции. Сегодня это огромная столичная больница, где всем предстоит работать совершенно по-другому. Это будет абсолютно иная структура. Приглашаем всех посмотреть Московский урологический центр — сейчас там проводятся экскурсии. Мы считаем, что он замечательный, и сумеем объединить урологов и трудиться на должном уровне. Российская урология — такая, какой должна сегодня быть, и я уверен, что она станет еще лучше. 

Беседовала Наталия Лескова