Михаил Михайлович Завадовский о механике развития пола

Год назад исполнилось 130 лет со дня рождения М.М. Завадовского — эндокринолога, эмбриолога, генетика, ученого необычайно широкого кругозора, выдающегося теоретика и блестящего экспериментатора. Он основал школу биологов и был директором Московского зоопарка.

Михаил Михайлович родился 17 июля 1891 года в имении отца, обедневшего помещика Михаила Владимировича Завадовского, в селе Покровка-Скоричево Елисаветградского уезда Херсонской губернии. Ныне это Кировоградская область Украины. В семье было четверо детей, причем брат Борис (младше на 3,5 года) также стал выдающимся ученым-биологом и академиком ВАСХНИЛ, автором трудов по физиологии желез внутренней секреции. Интерес к природе у обоих проявился рано — коллекция насекомых, голубятня с редкими видами голубей, обезьяна у соседа вызывали жгучий интерес. Отец умер, когда Мише исполнилось 4 года, а Боря еще только родился. Воспитывала детей мать — Мария Лаврентьевна, дочь покровского священника Лаврентия Исааковича Коцюбинского, происходившего из дворян. После смерти мужа она перебралась в Елисаветград. Здесь в 1908 году 17‑летний Миша окончил реальное училище, а в 1909‑м поступил на естественное отделение физико-математического факультета Московского государственного университета по специальности «экспериментальная биология» (физиология животных). На взгляды Михаила Завадовского большое влияние оказали лекции основателя школы российской орнитологии Михаила Александровича Мензбира и исследователя проводящих путей центральной нервной системы, анатома Петра Ивановича Карузина. А слова основоположника первой в России физической школы Петра Николаевича Лебедева о том, что студент должен «не обучаться, а обучать самого себя», стали девизом жизни М.М. Завадовского. Он называл Лебедева своим учителем и посвятил ему свою первую книгу «Пол и развитие его признаков» (1922 г.), а подписал ее так: «Художнику мысли и научного опыта». 

На втором курсе Михаил начал работать в лаборатории выдающегося русского биолога Николая Константиновича Кольцова, заинтересовавшись изучением физико-химических свойств оболочек яиц аскариды. Собранные здесь данные легли в основу дипломной работы «О липоидной полупроницаемой оболочке яйца Ascaris megalocephala», опубликованной в 1915 году. Научные изыскания не мешали личной жизни: в 20 лет Завадовский женился на Александре Ивановне Михайловой. В браке родилось трое детей, но младенческий возраст пережила лишь одна дочь, Марина, оставившая воспоминания об отце. После окончания учебы в 1914 году Завадовский занял место ассистента в лаборатории низких температур в Народном университете Шанявского. В 1915 году его пригласили ассистентом на кафедру зоологии Московских высших женских курсов, а после сдачи магистерских экзаменов Завадовский начал читать курс экспериментальной биологии в Университете Шанявского и Московском университете. 

ТРАНСФОРМАЦИЯ ПОЛА 

В 1919 году в заповеднике Аскания-Нова (Херсонская область) М.М. Завадовский приступил к ставшим впоследствии классическими экспериментам по трансформации пола у птиц и млекопитающих. В опытах, выполненных на широком круге объектов (фазаны, куры и утки, антилопы нильгау, гарна и гну, косули и лани, бараны и быки серой украинской породы), впервые в мире было показано, что половые признаки после кастрации, при отсутствии влияния половых гормонов, сдвигаются в сторону гомогаметного пола: у птиц — в сторону самцов (ZZ), а у млекопитающих — самок (XX). В труднейших условиях Гражданской войны Михаил Михайлович сумел завершить эти эксперименты и написать монографию «Пол и развитие его признаков», вошедшую в золотой фонд мировой науки. Сегодня практически нет учебников по генетике, общей и экспериментальной биологии, где бы не упоминались результаты этих работ. В 1923 году М.М. Завадовский становится директором Московского зоопарка. Под его руководством зоопарк стал научной базой МГУ, здесь были организованы лаборатория экспериментальной биологии и практикум для студентов. «Московский зоопарк был впервые поставлен на большую высоту не только как музейное, но и как научно-исследовательское учреждение, послужив образцом для других зоопарков Союза», — писал о работе Завадовского академик Н.И. Вавилов. Проводившиеся здесь работы о связи морфологических признаков и активности желез внутренней секреции у различных видов животных легли в основу монографии «Динамика развития организма». Благодаря усилиям Завадовского зоопарку выделили дополнительную территорию. Были созданы «Остров зверей», «Турья горка», появился большой пруд, построены обширные вольеры, основан кружок юных биологов зоопарка — КЮБЗ, воспитавший множество ученых. 

В 1930‑х годах М.М. Завадовский возглавлял кафедру динамики развития на биологическом факультете МГУ и лабораторию физиологии развития сельскохозяйственных животных во вновь созданном Всесоюзном институте животноводства (ВИЖ), где изучал регуляцию половой функции самок, а именно возможность искусственной овуляции и полиовуляции для повышения многоплодия у овец и коров путем применения гонадотропных препаратов. В случае каракульских овец этот метод дал огромный экономический эффект. Уже в 1939 году родилось на 50 % больше ягнят, чем в предыдущем. Итоги работы вошли в монографию «Гормональный метод стимуляции многоплодия овец» (1941). Смелая постановка проблем, открытие фундаментальных закономерностей в регуляции размножения сельскохозяйственных животных послужили поводом для присуждения М.М. Завадовскому степени доктора биологических наук. В 1935 году он становится академиком, а затем и вице-президентом ВАСХНИЛ (Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени Ленина), которую возглавлял академик Н.И. Вавилов. В 1940 году Завадовский был награжден Большой золотой медалью Всесоюзной сельскохозяйственной выставки, в 1944‑м за подготовку кадров в МГУ — орденом Трудового Красного Знамени, а в 1946 году ему присуждается Государственная (Сталинская) премия. 

На XV Международном конгрессе физиологов в Ленинграде в 1935 году М.М. Завадовский выдвинул идею «взаимно противоречивого взаимодействия органов в теле животного» и «принципа обратных связей», к которому впоследствии пришел и отец кибернетики Норберт Винер. Монография М.М. Завадовского «Противоречивое взаимодействие между органами в теле развивающегося животного» послужила основой для дальнейших исследований нейрогуморальных функций в организме. 

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ ДОЧЕРИ 

«Он оставался самим собой в самые трудные времена. К началу 1941 года накопился огромный материал об эффективности метода стимуляции многоплодия сельскохозяйственных животных. Помню, как папа стоя слушает радио — сообщение о войне. Выражение его лица тревожное и потрясенное. Уходя на работу, он впервые вместо обычного aufwiederseen громко говорит по-русски: „До свидания“. Через месяц начались бомбежки Москвы. В первую же ночь от зажигательной бомбы сгорела наша квартира в доме на территории зоопарка. Мы остались без крыши над головой и вещей. Некоторое время жили в чужом кабинете в ВАСХНИЛ. Спали на диване, на столе, на полу. Осенью Академия эвакуировалась, и папа решил, что мы тоже должны ехать. Уезжали под бомбежкой, в теплушках на нарах и через 3 недели прибыли в Омск. Работы по многоплодию внедрялись в практику в совхозах и колхозах Казахстана и Узбекистана, поэтому вскоре Михаила Михайловича пригласили в Казахский филиал АН СССР, в Алма-Ату. Здесь он получил лабораторию и сравнительно большой штат сотрудников и мог широко развернуть работы по многоплодию овец, а также исследования на козах, верблюдах, лошадях и коровах. Популярность метода среди зоотехников, чабанов была огромна. Вместо одного рождались 2–3 и более крепких и здоровых ягненка, так необходимых в голодное военное время. Метод был проверен на огромном поголовье овец в течение 35 лет и дал дополнительно шерсть, мясо и миллионы в валюте за каракульские шкурки. Но несмотря на все успехи, Лысенко и его подручные продолжали третировать отца и мешать работе. В ход шло все: травля в печати, ложь, публичные оскорбления, вплоть до привлечения к суду за опоздание на пять минут и мнимые прогулы. 

В 1943 году Завадовский возвращался в Москву с тяжелым чувством. Страшным ударом стало уничтожение лаборатории экспериментальной биологии на территории зоопарка, создававшейся с такой любовью. Во дворе Института животноводства сжигались книги „вейсманистов-морганистов“. И все это делали не немцы, а академик Лысенко. Было вывезено ценнейшее оборудование, купленное Завадовским в Германии, разрушен виварий. Ученого лишили возможности продолжать исследования. Но успехи работы по многоплодию сельскохозяйственных животных были так велики, что за эту разработку М.М. Завадовскому в 1946 году была присуждена Госпремия, несмотря на противодействие лысенковцев». 

Казалось, что новое направление в биологии прочно завоевало право на существование: создана школа М.М. Завадовского, опубликовано более 400 научных работ, приоритет советской науки по динамике развития признан во всем мире. Но все перечеркнула сессия ВАСХНИЛ в августе 1948 года, после которой М.М. Завадовский был уволен из МГУ, а кафедра динамики развития закрыта. Ликвидировали и его лабораторию во Всесоюзном институте животноводства. Даже родной брат Борис на этой сессии критиковал Михаила Михайловича за морганизм. Выдающийся ученый остался без работы. В области биологии основ животноводства, в частности в эндокринологии, советская наука из-за лысенковщины надолго потеряла передовые позиции. Лаборатория физиологии развития сельскохозяйственных животных под руководством Михаила Михайловича была вновь открыта в ВИЖе только в 1954 году после многочисленных записок в ЦК КПСС. А в 1957 году Завадовского не стало…

Иван Белокрылов, Наталья Фоменко